СЛЕДЫ ИСТИННОЙ ИСТОРИИ

   Археология, краниология, антропология, древние летописи и другие направления исторической науки, выводы из которых мы использовали выше, достаточно далеки от обыденной жизни простого человека любого этноса в том числе и белорусов. Поэтому их (выводы) можно уничтожать, не замечать или интерпретировать так, как требует та или иная политическая обстановка.

   Но есть исторические моменты, сопровождающие нас, людей, каждый день, каждый час, каждую минуту и даже каждое мгновение нашей жизни. Они-то и являются следами той истинной истории, которую очень сложно, а вернее, вообще невозможно уничтожить, как бы кому не хотелось это сделать. К ним, в первую очередь, относятся фамилии людей, названия населенных пунктов и названия рек и озер – гидронимы.

   Что же означают наши, белорусские, фамилии, названия наших, белорусских, населенных пунктов и названия наших, белорусских, рек и озер? Откуда они произошли и почему мы, современники, часто не знаем, как они переводятся, хотя пользуемся ими на протяжении многих поколений?

   Как такое получилось, что современные белорусы имеют фамилии, образованные от известнейших древних литвинских имен: Войшелк, Витень, Гедимин, Витовт, Жигимонт, Довмонт, Радивил и т.д.? А разве такие белорусские фамилии или фамилии, произошедшие от следующих имен,  имеют иное происхождение (смотри приложение 1, 2, 3, табл. 25, 27)?: Га(о)штольд, Воин, Довкша, Нарбут, Монтвило, Минайло, Будр, Кут, Любарт, Можеик, Копч, Гимбут, Лац, Да(о)вгайло, Довгял, Скирмонт, Кирбут, Висмонт, Бутрим, Жиборт, Виторт, Пикта, Мизгир, Домут, Маркун, Тышко, Вешторт, Ленарт, Евн, Викин, Девоин, Даукш, Микут, Кергет, Кун, Довгил, Эйсмонт, Эсмонт, Есман, Велюта, Велент, Веленда, Мигдал, Болк, Кунигель, Морд, Гастило, Серкут, Контовт, Бакшт, Гервят, Мокш, Ловда, Ловдар, Виторт, Крыц, Мендило, Сукало, Жигмант, Бокша, Мостаманд, Пукшто, Скипор, Бонда, Ловц, Нартовт, Довгер, Прон, Долгерт, Юшко, Радвило(вич), Войнило, Войнило(вич), Судмант, Рымко(вич), Лимонт, Солтан, Пац, Войтко(вич), Любарт, Лютовт, Довнар, Серкут и др.   

   А что мы знаем о названиях белорусских населенных пунктов? Почему многие из них – Менск, Полоцк, Пинск, Орша, Несвиж, Скидель, Жодино, Ждановичи, Ошмяны, Браслав и т.д. – не имеют смысла в славянских языках и, в первую очередь, в белорусском? Почему их перевод можно узнать только из балтских языков?

   Но самое большое удивление нам, читателям, приподносят гидронимы – названия рек и озер в Беларуси. Русские ученые В.Н Топоров и О.Н. Трубачев еще в 1962 г. в своей работе⁵⁰⁷ собрали и проанализировали названия всех рек Верхнего Поднепровья, т.е. восточной, части центальной и южной части белорусской этнолингвистической территории (рис. 16, 16а, 17). Оказалось, что из 1085 рек и речек бассейна Верхнего Днепра 911 – это названия, произошедшие от балтского корня с использованием славянских формантов – суффиксов и окончаний, 89 – славянские и 85 – названия неустановленного характера. А это составляет 84 %, 8,2 % и 7,8 % соответственно. То есть, мы, белорусы, более чем в десять раз чаще пользуемся балтскими словами, чем славянскими, когда говорим о реках Верхнего Поднепровья. Почему и зачем?

   При этом следует отметить, что мы так привыкли к этим гидронимам, что считаем многие балтские названия рек славянскими: Бобруйка, Случь, Сож, Наровля, Вилейка, Пина, Птичь, Проня, Свислочь, Немига, Цна, Беседь, Вепрея, Вербча, Выдра, Выдрыж, Гать, Дорогобужа, Копысица и т.д., и… ошибаемся. Или ошибаются ученые, что достаточно сомнительно.

   Но это относится к той белорусской территории, куда славяне пришли почти на половину тысячелетия раньше. Что же говорить о гидронимах Западной Беларуси? Количество балтских названий рек и озер здесь должно быть еще больше, чем в бассейне Верхнего Днепра.

   К сожалению, подобные исследования не были проведены в бассейнах других больших рек Беларуси – Немана, Западной Двины и Буга. Возможно, это работа будущего. Но и здесь можно ожидать подобных результатов. Об этом говорят, как повторяющиеся гидронимы в бассейнах всех больших рек Беларуси:

Велейка – б.(бассейн) Днепра и Вилия – б. Немана;

Волма – б. Березины и Волма – б. Немана;

Воложовка – б. Березины и Воложинка – б. Немана;

Клева – б. Березины и Клява б. Немана;

Нача – б. Днепра, Нача – б. Зап. Двины и Нача – б. Немана;

Негра – б. Днепра и Негрянка – б. Зап. Двины;

Неманка – приток Сожа и р. Неман;

Плесса, Плиса, Плисса, Плисса – б. Десны и Плиса – б. Немана;

Свислочь – б. Березины и Ислочь – б. Немана;

Уса – б. Березины, Уса – б. Сожи, Уса – б. Десны, Усса – б. Немана;

Уша (3) – б. Березины, Уша – б. Припяти и Уша, б. Зап. Двины и т.д.,

так и перевод их с балтских языков – летувисского, прусского, ятвяжского, куршского (табл. 28).

   Подобным образом обстоит дело и с озерами Беларуси. Большинство из них имеют балтские корни в названиях. И мы также пользуемся ими, как и названиями рек. Почему?

   Как было сказано выше, славяне, пришедшие на территорию современной Беларуси – кривичи, дреговичи, радимичи, часть волынян и часть мазовшан – были комплиментраны населению, проживавшему на этих территориях, – летописным литвинам и днепровским балтам. Известно, что комплиментраные этносы, мирно взаимодействуя между собой, не изменяют гидронимы той территории, на которой это взаимодействие происходит. В большинстве случаев корни названий рек и озер остаются от языка ранее проживавшего этноса, а суффиксы и окончания берутся из языка пришлого народа. Все это мы видим в гидронимах Беларуси на всей белорусской этнолингвистической территории, представленной на рис. 17.

   При этом необходимо обратить внимание на то, что некоторые реки на территории ВКЛ, а сейчас Беларуси, имели и имеют по сей день одни и теже названия на разных языках – на балтском и на славянском: р. Уса приток Немана, что в переводе с летувисского означает «ясень», и р. Ясень, приток Березины; р. Ольса, приток Березины, означающая «ольха» и р. Ольшанка, приток Днепра и т.д. Но такое явление встречается не только среди гидронимов. Как будет показано ниже, встречается оно  и среди названий населенных пунктов Беларуси, и среди фамилий  белорусов. Такое же явление встречается вообще во всем старобелорусском языке, как это было показано в предыдущей главе.

   Поэтому возникает вопрос: Неужели славяне, пришедшие на территорию современной Беларуси, без понимания смысла использовали эти названия? Врятли. Ведь мирное взаимодействие этносов подразумевает вырабатывание какого-то консенсуса во всех областях жизни этих этносов. Значит, и язык, которым пользовались жители – литвины ВКЛ-белорусы – являлся усредненным двух языков – славянского и западно-балтского, который и называется в настоящее время старобелорусским.  

   Что же означают белорусские гидронимы? В табл. 28 приведены переводы некоторых белорусских рек и озер.

Табл. 28. Перевод белорусских гидронимов.

·         прус. – прусский язык;

·         лет. – летувисский язык;

·         лат. – латышский язык

   Многие белорусские города, деревни и поселки городского типа возникли на берегах этих рек и озер и получили их названия. В табл. 28 приведены некоторые примеры подобного явления.

   Таким образом, г. Менск (Минск) в переводе на славянский язык имеет название «маленький» и к слову «менять, обменивать» никакого отношения не имеет, г. Полоцк – «пелена», г. Пинск – «напитанный», г. Лида – «щука», г. Орша – «злой», или «ярый», или «ожесточенный», г. Ошмяны – «острие» или «лезвие», г. Жабинка – «место заваленное хворостом», г. Узда – «залог» и т.д.

   Многие названия белорусских населенных пунктов не связаны с гидронимами, но имеют балтский корень:

   г.п. Скидель – щит – skydas (лет.);  

   г. Несвиж – не лапотник – nes (лет.) – не, vizius (лет.) – лапотник, т.е. не бедный (богатый);

   г. Жодино – говорливый – žodis (лет.) – слово;

   г. Мозырь – малая величина – mozis (лет.);

   г. Браслав – лучший брод – brast (прус.) – брод, brastas (лет.) – брод, slavis (лет.) – лучший;

   г.п. Будслав  – лучшая сторожка – buda (лет.) – будка, караулка, сторожка, slavis (лет.) – лучший и т. д.

   Кто же их так назвал? Неужели чистокровные славяне? Зачем славянам жить в населенных пунктах, названия которых для них непонятны? Кто требовал от них, славян, использование того или иного названия населенного пункта, в котором они жили, на чужом для них балтском языке? Или они сами брали себе эти названия? Ведь во времена ВКЛ в отличие от Советского Союза, когда населенные пункты назывались не их населением, а партийным руководством, а неугодные названия изменялись: Боги – Загородное, Пропойск – Славгород, Хресты – Криничное, Требухи – Калиновая, Мальки – Ленин, Койданово – Держинск, Волкорезь – Победа  и т.д., идеологический момент в вопросе названий населенных пунктов отсутствовал. Значит, в населенных пунктах, в названиях которых использовался балтский корень, проживали люди, говорившие на смешанном славяно-балтском языке – старобелорусском, так как корень был балтский, а суффиксы и окончания – славянские.

   Можно сказать даже больше. Названия некоторых белорусских населенных пунктов состоят из балтской приставки, славянского корня, славянских суффиксов и окончаний: Асмоловичи (Ассмоловичи) – «as» (прус.) – за и смола; Аскрышево – ас и крыша, Ашкараги – ас и караги  и т.д.

   Сколько же таких населенных пунктов в Беларуси, которые  в своих названиях имеют балткий корень? Конечно, проанализировать все полностью белорусские города, деревни и поселки городского типа пока проблематично, но некоторый приблизительный статистический анализ провести можно. Для этого воспользуемся Атласом автодорог Беларуси⁵⁰⁹, “Гістарычным слоўнікам беларускай мовы⁵¹⁰” и летувисско-русскими словарями.

   Рассмотрим населенные пункты Беларуси, начинающиеся на букву «А». Их количество по Атласу автодорог Беларуси⁵⁰⁹ равно 109. Из них 61 – населенные пункты, названия которых произошли от имен собственных, принесенных на территорию Беларуси вместе с христианством. Это древнееврейские, древнегреческие и латинские имена собственные. Конечно же, их невозможно отнести ни к славянскому, ни к балтскому языкам.

   Населенные пункты Беларуси, названия которых произошли от:

   древнееврейских имен собственных:

Абрамовщина (2) – Абрам (Авраам) – возвышенный отец или возвышен, принимая во внимание отца;

Адамовичи, Адамовка (2), Адамово ( 5) – Адам – созданный из праха;

Ананино, Ананичи, Ананчицы – Онан;

Аронова Слобода – Арон (Аарон);

   древнегреческих имен собственных:

Александрина, Александровичи, Александровка (7) – Александр – мужественный;

Алесеевичи, Алексеевка, Алексейки, Алексиничи, Алексичи (2), Алеща – Алексей – защитник;

Аленовичи – Алена (Елена) – светлая, сияющая;

Андреевичи, Андреевка (2), Андреево, Андреевщина, Андрейки, Андрюшевцы – Андрей – храбрый;

Антонево, Антонов, Антонова Буда, Антоновка (9), Антоново (4), Антоновская Рудня, Антополь (Антоново поле) – Антон (Антоний) – противник, вступающий в бой;

Андраны – Андрон (Андронник) – «из Андриатии».

   латинских имен собственных:

Альбинск – Альбина – белая;

Акулинка – Акулина – орлица.

   других имен собственных, принесенных христианством: Альбрехтово – Альбрехт, Ахремовцы – Ахрем.

   Отдельной строкой идут советские названия населенных пунктов – Аграномическая и названия, произошедшие от названия этноса – Алантево – аланы, Арабовщина – арабы.

   От славянских слов произошли следующие названия: Алешники (альха), Амельное (амела), Аферовщина (афера). Есть названия, которые пока нельзя никаким образом идентифицировать. Это Андеколово.

   Еще одну группу названий населенных пунктов составляют те, которые произошли от балтской приставки «as» – за и славянских слов: Аскрышино – ас и крыша; Амховая (2) (Асмховая) – ас и мох; Ашкараги – ас и караги; Амнишево (Асмнишево) – ас и мне; Асмоловичи (Ассмоловичи) – ас и смола. Такое возможно только в случае смешения двух языков – балтского и славянского, что мы и видим в старобелорусском языке. Это явление дошло и до наших дней в диалектах современного белорусского языка⁵¹⁷: астача – здача, аскарэлы – закарэлы, аспаны – заспаны, астарэць – застарэць  и т.д. и в белорусских именах собственных: Алесь – за лесом.

   Оставшиеся названия населенных пунктов происходят от слов старобелорусского языка, которые вышли из употребления в современном белорусском языке, и от балтских слов, что и отображено в табл. 29. 

   Табл. 29. Названия  и перевод населенных пунктов Беларуси, начинающиеся на букву «А».