Время появления славян в Полоцком Подвинье и Смоленском Поднепровье ученые относят  к VII – VIII  вв. Основная масса полоцко-смоленских курганов датируется VII – IX вв. Древнейшими погребальными  памятниками кривичей являются длинные курганы. Это невысокие  валообразные земляные насыпи, образующие, как правило, общие курганные могильники вместе с круглыми (полусферическими) погребальными насыпями. Обычно длинные курганы занимают  в могильниках   срединные  участки, вокруг которых расположены сегментообразные насыпи. Но нередки случаи разбросанности длинных курганов по территории могильников.

   Наиболее ранние длинные курганы Псковской земли датируются самым началом  второй  половины I тыс. н. э. Следовательно, переселение людей, погребенных в них должно было бы скорее всего совершиться в конце первой половины I тыс. Именно к этому времени в районах, расположенных между Псковской землей и Верхним Понеманьем относится наблюдаемое археологами движение населения, сопровождавшееся гибелью ряда городищ (рис. 14).

   Ареал длинных курганов охватывает коренные кривичские земли – Псковскую, Полоцкую, Смоленскую и Верхнее Понеманье (рис. 9, 11, А14). Все длинные курганы содержат захоронения по обряду трупосожжения. Обычно сожжение умерших совершалось на стороне, как это делалось у славянских  племен и позднее, вплоть доначала XI в. Самым излюбленным украшением населения, оставившего курганы, были стеклянные бусы (рис. А8, А15, А25).

   Кривичская курганная культура второй половины I тыс. н. э. заметно отличается от синхронных славянских культур Поднепровья. Наземное устройство жилых и хозяйственных построек кривичей и словен новгородских сближает их древности со славянскими археологическими памятниками лесной полосы Польши. Некоторая обособленность кривичей от других восточнославянских племен выявляется и по данным языкознания. Здесь, прежде всего, необходимо обратить внимание на диалектологическую обособленность псковской группы славянства.

  Сооружение длинных курганов прекращается в IX в. К этому же столетию относятся и наиболее ранние кривичские круглые курганы. По внешнему виду кривичские круглые курганы не отличаются от курганных насыпей восточнославянских племен. Курганы IX – XIII вв. никогда не расположены поодиночке, а образуют более или менее крупные могильники (рис. 10, А14).

   До конца X – начала XI в. у полоцко-смоленских кривичей господствовал обряд кремации  умерших. Переход от кремации к трупоположениям совершался в разных областях восточнославянского ареала неодновременно (рис. А15). В южных  землях древней Руси уже в X в. преобладали  захоронения по обряду трупоположения (рис. А16, А17, А20), а в северных и северо-восточных областях обряд кремации умерших задержался до XI столетия  включительно (рис. А14, А22). В области расселения полоцко-смоленских кривичей  самые  поздние курганные захоронения по обряду сожжения датируются первой четвертью XI в.¹³⁴

   Начальная летопись отводит дреговичам пространство между Припятью и Западной Двиной: "...седаша межо Припятью и Двиною и нарекшася дреговичи". (ПВЛ, I, с. 11) Из письменных сообщений видно, что дреговичи были отдельным племенем, жившим самобытно, имевшим собственную территорию, до вхождения в состав Киевской Руси, – свою политическую организацию, свое "княжение". Наиболее типичным  этноопределяющим  признаком дреговичей являются крупные металлические бусы, покрытые зернью (рис. А9, А17).

   В область Верхнего Понеманья в IX – XIII вв. наряду с кривичским и литвинским по происхождению населением жили переселенцы из дреговичской земли. Дреговичи, судя по курганным материалам, проникли в области Понеманья в сравнительно позднее время – XI – XII вв. (рис. 19).

   Дреговичи приняли участие и в славянизации Брестского Побужья. Начало дреговичской колонизации  левобережной части Припятского бассейна  датируется курганами с трупосожжениями IX – X вв. Курганы с захоронениями по обряду трупосожжения не составляют самостоятельных групп, а обычно расположены в могильниках вместе с курганами, заключающими трупоположения.¹³⁵

   Волыняне – племенная группировка восточных славян, имевшая второе название – бужане. Уже в X в. на Волыни широко и повсеместно распространяется обряд трупоположения. К концу X в. обряд ингумации окончательно вытеснил трупосожжение (рис. А20). Наиболее характерным височным  украшением волынских женщин были перстнеобразные колечки диаметром от 1 - 1,5 до 3 - 3,5 см, сделанные из тонкой бронзовой или реже серебряной проволоки (рис. А21). Курганный обряд погребения в земле волынян доживает до XII в. Позднее языческий обряд вытесняется христианским.

   Нужно полагать, что уже в VIII – IX вв. бужане-волыняне продвинулись севернее Припяти, освоив  территории Брестского Побужья (рис. 2). Пределами основной территории волынян на севере, очевидно, были болотистые пространства в бассейне верхнего течения Припяти.¹³⁶

   Еще одно славянское племя, которое участвовало в рождении белорусского этноса, – это радимичи (рис. А26).

   Местом раселения радимичей был бассейн Сожа: "...И пришедъша седоста Радимъ на Съжю, и прозвавшася радимичи".(ПВЛ, I, с. 14) В летописном  перечне племенных княжений восточного славянства радимичей нет. Однако, из других мест летописей очевидно, что радимичи  управлялись племенными вождями, имели свое войско и до последних десятилетий X в. сохраняли самостоятельность. В середине IX  в. радимичи были вынуждены платить дань Хазарскому каганату. Вслед за походами на древлян и северян в 885 г. киевский князь Олег направляет свою дружину на радимичей (ПВЛ, I, с. 20). В результате радимичи были освобождены от выплаты дани хазарам. Вместе с тем они сохранили племенную организацию. Их взаимоотношения с киевскими князьями до конца X в. ограничивались выплатой дани и участием в военных походах, предпринимаемых из Киева.

   Новый поход на радимичей состоялся в 984 г. при киевском князе Владимире Святославовиче  (ПВЛ, I, с. 59). Авангард киевского войска во главе с воеводою Волчий Хвост встретился с радимичскими воинами на реке Пищаль (приток Сожа). Радимичи были разбиты и с этого момента потеряли самостоятельность. Их территория вошла в состав  древнерусского государства Киевская Русь. Последний раз радимичи упоминаются в летописях под 1169 г. (ПСРЛ, II, с. 538) уже не как отдельное самостоятельное  племя,  а  в качестве этнографической единицы восточного славянства.

   Основным этноопределяющим  признаком радимичей служат семилучевые височные кольца (рис. А10, А19). Их находки очень плотно сконцентрированы в Посожье. Судя по распространению семилучевых височных  колец,  радимичская территория  в  X – XII вв. занимала в основном бассейн нижнего и среднего Сожа и междуречье Сожа и Днепра  (рис. 20).  Поречье Днепра было пограничьем  радимичей с дреговичами.

   В радимичских курганах  XI – XII вв. балтские элементы обнаруживаются  в  большем  количестве,  чем  в  других племенных ареалах (рис. А19).  По  всей  вероятности,  это  обстоятельство объясняется несколько поздней славянизацией балтов в бассейне Сожа.¹³⁷

   Часть мазовшан, проживавших на территории современного Белостоцкого края, также приняла участие в формировании белорусского этноса. И трупоположения, встречающиеся на территории Западной Беларуси с ориентацией мужчин головой на восток, возможно, как раз и относятся к представителям этого этноса, так как они мигрировали на территорию Верхнего Понеманья и Среднего Побужья.

   Мазовшане хоронили своих умерших в могилах в виде прямоугольников или овалов, обставленных крупными и засыпанных мелкими камнями, что составляет характерную особенность области их расселения. Погребальные сооружения мазовшан, как считают ученые, эволюционизировали от каменных курганов ятвяжского происхождения. В каменных могилах мазовшан обнаруживается заметное восточнославянское воздействие, говорящее не только о соседских, культурных контактах, но и об инфильтрации восточных славян в области Подляшья. Так, во многих мазовшанских могильниках найдены этноопределяющие украшения дреговичей – зерненые бусы, предметы украшений и бытового обихода, соотносящиеся с предметами волынян (рис. А21).¹³⁸

   Таким образом,  на  территорию  современной  Западной  Беларуси славяне двигались с четырех сторон: кривичи – с востока, волыняне-бужане – с юга,  дреговичи – с востока и юго-востока и мазовшане – с запада.

   "Интересно, что на первых порах,  славяне, оседавшие на территории балтов, не создавали собственные  поселения, а подселялись к местным обитателям. Можно полагать, что славянская инфильтрация осуществлялась не племенными или общинными группами, состоявшими из отдельных семей, а более или менее крупными коллективами, включавшими преимущественно мужское  население. Переселенцы  оседали на поселениях балтов и, вероятно, вступали в брачные связи с местными женщинами".¹³⁹

   Такие группы славянских переселенцев состояли из отважных и даже отчаянных людей – пассионариев, людей действия. Ведь слабые, безэнергетичные люди никогда не соглашаются изменить свой привычный образ жизни, как бы тяжело им ни было. Правда, в связи с такой славянской инфильтрацией возникает вопрос: к какому же этносу относились дети, рождавшиеся от таких браков, где отцом был славянин, матерью – летописная литвинка, и воспитывавшиеся в литвинской среде?

Резюме: В славянизации территории современной Беларуси приняли участие представители следующих племен: часть кривичей, древляне, радимичи, часть волынян и часть мазовшан.